От вагонов до стадионов: граффити-рекордсмен превращает город в холст, а бетон в искусство
Антон не просто граффити-артист, он рекордсмен книги рекордов Гиннеса! Его работы — это тысячи квадратных метров и балончиков с краской на заводах, вагонах и стадионах в разных городах и странах.
Еще он учит этому подрастающее поколение в Академии искусств «Большой полёт», рассказывает детям секреты уличного искусства и скетчинга.
А теперь самая горячая новость: Антон — один из хэдлайнеров вечеринки NMBR_II. Это значит, что нас ждёт не просто арт, а целое шоу!
Знакомьтесь, Антон Аист/Tony Stork, представитель граффити команды Rayons.
— Расскажи, за какой проект тебе прилетел рекорд?
В 2016 году в Рас-аль-Хайме (ОАЭ) наша команда сделала самый большой светящийся в темноте рисунок. Это была большая команда классных граффити-райтеров со всего мира.
— Какая поверхность для тебя была личным достижением? Или самая необычная?
Всё, на чём рисовал впервые, было неким достижением. Очень хотел разрисовать полностью вагон электрички, сделал это на первой «Стенограффии». Получился первый легально разрисованный вагон (про нелегальные, разумеется, молчу). Хотел сделать мурал — сейчас это стало работой. А ещё на чемпионате мира по футболу в Катаре создавали рисунки в стиле 3D-иллюзий. Вокруг футбольный праздник, люди и мы впечатляли их своими работами.
— Где рисовать сложнее всего?
Сложнее всего рисовать там, где темно, холодно и мокро. Вообще каждый процесс рисования индивидуальный и требует особого подхода. Например, делая что-то масштабное, нужно уметь разметить рисунок, чтобы всё было на своём месте, рассчитать материалы, подобрать подходящий инструмент, технику. Да, есть проекторы и другие вспомогательные технологии, но что делать, если белые ночи, а проекция высвечивается в темноте? У меня есть два любимых формата: А4 и 2,5 на 5 метров. Нравится, когда можно размахнуться, экспрессивно и динамично.
— Что на тебе обычно надето, когда ты идёшь «на дело»?
У меня почти вся одежда хоть чуть-чуть, да помечена краской. На «дело» я обычно беру свою униформу: есть классный немецкий комбинезон: он свободный, с множество карманов и его можно надеть поверх другой одежды. Это для чего-то основательного. Есть вариант: широкие, лёгкие брюки и куртка, остались у меня с момента оформления «Екатеринбург Арены» (центральный стадион) — они легко собираются в специальный небольшой мешок. А вообще классика: вывернуть одежду наизнанку. Хочешь обнаружить граффити-райтера? Посмотри на его одежду с внутренней стороны. На самом деле очень не хватает продуманной, универсальной, технологичной, специализированной одежды для граффити.
— Есть ли место на планете, которое ты мечтаешь «закрасить», в хорошем смысле?
Раньше был большой интерес делать сложнодоступные, необычные места и поверхности. Так начинался мой путь — сделать там, где нельзя и опасно. Это были вагоны, крыши, обозримые стены, на всё отводилось минимум времени и всё нужно было заранее продумать. Сейчас немного другая ситуация: меня стали приглашать и предлагать такие объекты. Разница в том, что теперь не нужно скрываться.
Как-то задумался разрисовать самолёт. Представьте, самолёт с твоим рисунком, летящий в небе, по всему миру!
— Что сложнее: рисовать на огромной высоте или объяснять детям, что баллончик, это не игрушка, а инструмент?
— Баллончик - это прикольная игрушка. А вообще второй вариант более ответственный и требующий особого навыка. Посадить зерно мысли, направить, помочь раскрыть индивидуальность и наладить контакт - это особое, редкое умение.
— Ты станешь ругать своего ребенка, если он будет рисовать на обоях? А ты рисовал? Ругали?)
Ну сначала посмотрим, что ребёнок нарисует. Вообще в детских рисунках можно найти много интересного. У меня есть папка с моими старыми эскизами и там есть на что обратить внимание. Дома я обычно старался не пакостить.
— Ты хэдлайнер вечеринки NMBR_II, чего нам ждать, хоть намекни?!